... Мы ждали свою путёвку больше трёх лет. Поэтому, по моему глубокому убеждению, сын был готов к жизни в детсаду более чем. Но так, как он штурмовал дверь группы с той стороны, пока я, обливаясь слезами, держала её всем своим весом снаружи, не штурмовали, наверное, Зимний самые пламенные революционеры.

Ужас, который появлялся у него в глазах с раннего вечера, вгонял меня в состояние паники – у меня просто опускались руки. Не помогали ни увещевания «как там весело», ни логические доводы «мама–папа на работе, а ты – в садике», ни авторитарные заявления «это неизбежно».

– А завтра в садик? – спрашивал ребёнок в пять вечера. И, получив честный утвердительный ответ, ревел до самого сна. И, проснувшись поутру, тоже ревел. Да так, что о его нежелании идти в садик были оповещены все наши соседи.

В дороге зимнее утро подмораживало слёзы, но в тепле садиковской раздевалки эти ручьи оттаивали с новой силой.

– Мамочка! Я тебя так люблю! – душераздирающе вопил сын, вцепившись в меня руками, ногами, подбородком.

О «нескольких часиках», о том, что «скоро мы за тобой придём О–Б–Я–З–А–Т–Е–Л–Ь–Н–О», он просто не слышал.

– Прощай навсегда, мой милый до–омик!!! Прощайте, мои любимые игрушки!!! – подвывал он, съехав с моих плеч к коленкам, так безутешно, что впору было заплакать в унисон.

Правда, стоило мне покинуть группу, сын успокаивался. И даже перетекал через некоторое время из раздевалки к ребятам. А через пару недель, войдя в режим, и вовсе перестал скандалить, выработав авторскую защиту в виде тантры под кодовым названием «поговорим о садике». Каждый вечер и каждое утро он произносит это кодовое сочетание слов, и я, как компьютер, выдаю ему в ответ один и тот же текст: «Ты покушаешь, погуляешь, пообедаешь, поспишь, поиграешь, и за тобой придёт папа». Этого лаконичного знания, подкреплённого пусть недолгим, но личным опытом, вполне хватает, чтобы побороть все свои детские страхи.

Как бы ни обливалось моё материнское сердце кровью при виде отчаянного детского протеста против садика, как выяснилось, жаловаться мне особо не на что, потому что детские слёзы и «не хочу» – это лишь малая часть того, что приходится хлебнуть родителям детсадовцев–новичков.

– А вы знаете, она у нас не ест ничего в садике, и поэтому к обеду у неё болит живот и мы её забираем, – жалуется бабушка нашей одногруппницы. – А если покормить её с утра, её вообще стошнит от запаха детсадовской еды, пробовали уже...

А другая мама вообще отказалась от садика с тех пор, как родила второго ребёнка. Пока старший, сходив на два дня в сад, неделями безвылазно болел в одиночестве – она ещё мужалась. Но когда три дня в садике стали оборачиваться двухнедельной болезнью и старшего, и новорождённого, она пошла на попятный.

– А я вот не могу смириться с тем, что в один момент мой ребёнок, в котором я три года культивировала индивидуальность и прислушивалась к его наклонностям, вдруг стал винтиком в системе, – вздыхает мама мальчика, который внешне очень благополучно ходит в сад и даже получает от этого удовольствие. – Я не понимаю, почему на Новый год все девочки – «снежники», а мальчики – «зайчики»! А он не хочет быть «зайчиком», он хочет быть «тигром»! Мне не нравится ему объяснять, что у него тоже будут ушки–на–макушке только потому, что «так у всех»!

А будучи ещё мамой–с–коляской, я наблюдала картину, внушившую мне самой дикий страх перед садиком: каждый вечер молодая мама и её двухлетняя дочка возвращались мимо нашего двора домой, и девочка тихо, но не останавливаясь плача, день изо дня твердила всю дорогу только одно слово: «домой, домой, домой». Как выяснилось позже, с тех пор как она пошла в садик, она только плачет – утром, днём, вечером – и ничего, кроме «домой», не говорит. Да, ещё постоянно болеет. Девочка оживает за время больничного, но снова погружается в однословный транс после выписки.

... И ещё – многочисленный хор голосов пап: режим!!! Это каторга, а не режим. Дорассветные подъёмы ещё могут оправдать себя на неделе, особенно, если вошедший в график ребёнок не бьётся в истерике по поводу раннего подъёма. Но выходные?! Где тот переключатель, который позволит вам поспать законные лишние два часа в выходной после тяжёлой трудовой недели? Увы, нет такого. И чадо, пусть на дворе хоть воскресенье, помноженное на 8 Марта и вчерашний корпоратив, так же решительно потребует восьмичасовой завтрак.

Воспитателям, оставшимся наедине с двумя десятками пребывающими в состоянии стресса маленькими личностями, приходится тоже не сладко. Именно поэтому новеньких детей в садик просят приводить по очереди – сегодня одного, через два дня другого. Изнутри проблемы адаптации к детскому саду выглядят иначе, хоть и кажутся такими же. Воспитатель так же, как и родители, наблюдает и детские слёзы, и капризы, и болезни, и отказ от пищи и сна, но именно ему предстоит докопаться до причин проблем и помочь ребёнку привыкнуть к садику.

– У нас был мальчик, который ничего не ел, – рассказывает заведующая детским садом № 11 Сормовского района Елена Викторовна Овчарова. – Отказывался от еды – и всё. Мы с ним и так и сяк... А потом спросили у родителей и выяснили, что ребёнок дома ест творожки, йогурты, сосиски, пельмени. А в садике такого нет. Конечно, ребёнок не будет есть незнакомую пищу. Надо приучать ребёнка к кашам, супам, даже если сами их не едите. А в другой раз – не могли накормить двухлетнюю девочку, потому что она, как мы потом выяснили, мамину грудь до сих пор сосала! Надо избавляться от таких привычек, от всех сосок, памперсов...

Порой детей, уже пришедших в садик, приходится отправлять домой на какое–то время. Чтобы получше подготовить их к жизни к коллективе. Так, например, бывают малыши, которые растут в таком обилии любящих взрослых, что, когда оказываются не в центре вселенной, впадают в истерику. Воспитатель по законам психологии и педагогики не может заменить маму, да и просто физически не может носить на руках одного двухлетнего карапуза, когда вокруг ещё 15. Родителей таких детей просят не заласкивать малыша, отучать его от нахождения на руках, заинтересовывать каким–то посторонним предметом, игрушкой, чтобы хоть какое–то время он умел занимать себя сам.

Вообще, чем самостоятельнее будет ребёнок, тем проще он адаптируется к условиям садика. Ест сам – прекрасно. Одевается без вашей помощи – просто замечательно. Для детского удобства следует и одежду подбирать функциональную: обувь на липучках, колготки – не тугие, обычные хлопковые, штаны – без пуговиц.

– Однажды нам привели девочку – и пошла–то она вроде хорошо, а в дневной сон – не ложиться спать – и всё! – делится опытом Елена Викторовна. – И ведь спать хочет, а подходит к кровати – и в рёв, всех остальных будит. Прикорнёт в на диванчике в группе, а в спальню не идёт. И дома, как выяснили, днём спит. Думали мы, думали и попросили родителей наволочку из дома принести. Она как увидела знакомую подушку – сразу легла. А наволочку потом мы поменяли, когда она привыкла.

Часто ребёнок боится в садике не понятных взрослому вещей – нового пространства, детей, чужого взрослого. Поэтому, если есть возможность, хорошо бы приучить малыша к этому миру до того, как он с ним столкнется непосредственно. Можно приходить погулять на территории садика, поиграть с ребятами, привыкнуть жить по режиму, приближенному к режиму детсада. Чем меньше нового встретит ребёнок, тем ему будет легче.

Будьте готовы к тому, что ходить в садик ребёнок начнёт по чуть–чуть: сначала на час, потом на два, потом до обеда. Иногда справиться со страхами помогают прихваченные из дома игрушки или какие–то предметы, которые служат своеобразным фетишем и связью с домом, родителями. Злоупотреблять, правда, взаимопроникновением этих миров тоже не стоит. Если мама ходит в садик, как на работу, для того, чтобы поддержать ребёнка, изо дня в день гуляет с ним или сидит в группе, малышу потом придётся испытать еще один стресс, когда он будет отвыкать от маминого присутствия.

Вообще, как призналась Елена Викторовна, дети – необычайно чуткие манипуляторы. И, как ни хитрит взрослый, ребёнок всё понимает. Если малыш чувствует, что вот ещё чуть–чуть и мама даст слабинку, он как следует постарается повлиять на неё. Поэтому не стоит пропускать садик, даже если есть возможность посидеть дома, или с радостью уходить на больничный, или приводить чадо в группу к 10 часам. Ребёнок должен знать, что садик – это неизбежность, что у него нет выбора. Что мама не пойдёт у него на поводу, даже если он будет плакать в три ручья. И, как это ни сложно, мама не должна бояться разлуки, чтобы не заражать этими настроениями ребёнка. Тогда ребёнок все свои силы направит на то, чтобы найти положительные моменты в садиковской жизни.